Эти фамилии раньше давали только незаконнорожденным - проверьте, нет ли вашей в списке

История знает немало примеров, когда высокое происхождение человека начиналось с низкого статуса. Князь Владимир, крестивший Русь, был сыном Святослава и ключницы Малуши. Но в те далекие времена это не стало клеймом.

Все изменилось с укреплением власти Церкви, которая взяла под строгий контроль нормы морали. К XVI веку ребенок, рожденный вне церковного брака, становился изгоем. Его называли «зазорным», «байстрюком» или «безбатьковщиной», а путь в духовенство или даже в завидные женихи для него был закрыт.

Особенно тяжелой была судьба детей солдаток, чьи мужья служили по 25 лет. Такие женщины, оставшись без поддержки большой семьи, часто оказывались перед страшным выбором. «Зазорное» дитя не имело прав, не могло претендовать на ремесло или наследство. Мальчиков ждала пожизненная солдатчина, девочек — неизвестность. Общество, подогреваемое церковными проповедями, видело в них грех, а не невинную душу.

Именно тогда фамилия или ее отсутствие стала знаком, который человек нес через всю жизнь, словно печать. У простого люда «зазорные» дети часто получали не фамилии, а унизительные прозвища, которые могли закрепиться на поколения.

Бранные клички, ставшие фамилиями: Выпороток, Выплыш, Байстрюк, Курвенок, Беспуток. Эти слова, рожденные народной «мудростью», прямо указывали на незаконное происхождение. Иногда священники, движимые строгостью или жалостью, давали детям библейские имена, подчеркивающие их тяжелую долю — Иудин, Иов, Христарадин.

Особую грусть несут фамилии, говорящие о «половинчатости» происхождения. Если ребенок рос с матерью и неродным отцом, его записывали как «половину» матери. Так появились Полуанин (сын полу Анны), Полуварварин, Полунадеждин. Иногда использовали фамилию матери или крестного, добавляя приставку «полу»: Полупьянов, Полустроев, Полукроев.

Мир аристократии подходил к вопросу с иным изяществом, но клеймо все же ставил. Чтобы сохранить связь с родом, но обозначить иную ступень, фамилии знатных бастардов усекали. Так, Трубецкие становились Бецкими, Голицыны — Лицыными, Потемкины — Темкиными. Порой создавали анаграммы: Шубин превращался в Нибуша. Часто в ход шли названия поместий — внебрачный сын Екатерины II и Григория Орлова получил фамилию Бобринский по названию подаренной ему усадьбы.

Самые мудрые отцы искали в глубине родословной утраченные родовые имена. Так поступил император Александр II, дав своим детям от Екатерины Долгоруковой фамилию Юрьевские — в честь одного из древних прозвищ бояр Романовых.

Эти фамилии-признания — немые свидетели жестоких нравов прошлого. Они напоминают, как общество умело превращать частную жизнь человека в публичный приговор. Лишь в XX веке эта практика сошла на нет, и дети стали получать фамилии по желанию родителей, без унизительных подтекстов. Сегодня, встречая фамилию Полунин или Бобринский, мы видим уже не клеймо, а отголосок сложной, часто драматичной семейной истории, в которой переплелись человеческие страсти и суровые законы ушедших эпох.

Источник: https://dzen.ru/cyrillitsa.ru

Читайте также:

Автор: Оксана Переходько